01 февраля 2016 года. Личный прием в ГСУ СК России по Санкт-Петербургу.

190000, Санкт-Петербург,
наб. реки Мойки, д. 86-88

Руководителю Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Санкт-Петербургу

Генерал-майору юстиции

Клаусу А.В.

Скуркиса Александра Викторовича,

21.05.1980 г. рождения, зарег. и прож.:
190121, Санкт-Петербург, наб. канала Грибоедова, д. 154, кв. 3

 

Заявление о преступлении в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

26 января 2016 года около 07 часов утра в дверь принадлежащей на праве частной собственности мне и моей матери отдельной трехкомнатной квартиры по вышеуказанному адресу был совершен звонок. В квартире в это время находились я, моя мать – почетный работник общего образования Российской Федерации Скуркис Татьяна Георгиевна и мой отец – почетный адвокат Российской Федерации Скуркис Виктор Иосифович, ветеран, инвалид 2 группы.

Через глазок входной двери я увидел на лестнице несколько человек, в том числе, в форме сотрудников полиции.

На мой вопрос, что случилось и каковы мои действия, мне было сообщено – «Это полиция, немедленно откройте двери, у Вас в квартире будет проведен обыск по возбужденному уголовному делу!».


Как законопослушный гражданин, зная, что я обязан подчиниться законным требованиям сотрудников полиции, я открыл дверь. В прихожую из своей комнаты вышли отец и мать, чьи данные я указал выше.

В квартиру вошли около 5 (пяти) человек. Один из них был в форме сотрудника полиции в звании старшего лейтенанта, остальные в гражданской одежде. Еще несколько человек осталось на лестнице.

Сотрудник в форме представился Абдуллаевым Фаридом Маликовичем, он предъявил свое служебное удостоверение, согласно которому я установил, что данное лицо является дознавателем 3 отдела Управления организации дознания МОБ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

полиция Санкт-Петербурга

дознаватель ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и ЛО Абдуллаев Фарид Маликович

Более никто из вошедших добровольно не представился и никаких документов, удостоверяющих личность и подтверждающих полномочия, не предъявил. Двое из вошедших сказали, что являются понятыми и представились.

Я потребовал объяснить причину проникновения в принадлежащее мне жилище и предоставить необходимые документы. В первую очередь должно было быть предъявлено постановление о возбуждении уголовного дела, так как следственное действие – обыск возможен только в рамках возбужденного уголовного дела и решение суда о производстве следственного действия в жилище с указанием на возбужденное уголовное дело.

Дознаватель Абдуллаев Ф.М. показал мне несколько листов бумаги с печатным текстом, на которых, в частности, было напечатано следующее, что я воспроизвожу по памяти, так как полностью не смог получить сведения о данных листах бумаги с текстом:

«ПОСТАНОВЛЕНИЕ.

22 января 2016 года. Судья Сопилова И.В. с участием помощника прокурора Адмиралтейского района Санкт-Петербурга Масловой В.М. при секретаре Спиридоновой А.П.

УСТАНОВИЛА:

Настоящее уголовное дело возбуждено ——– г. 3 отделом УОД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч. 2, ст. 128.1 УК РФ.

Срок дознания по уголовному делу продлен заместителем прокурора Санкт-Петербурга Резоновым И.Г. на 30 суток, а всего до 60 суток, т.е. до 18.02.2016 г. ….»

Далее был текст и резолютивное решение суда о производстве обыска. В тексте предъявленных бумаг отсутствовали какие-либо сведения о якобы возбужденном уголовном деле, в частности, его номер. Также отсутствовал и судебный номер на самой бумаге, которая была именована как «Постановление».

Я немедленно заявил дознавателю 3 отдела Управления отдела дознания ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Абдуллаеву Ф.М. и всем присутствующим, в том числе понятым, что представленные бумаги недействительны и нахождение в настоящее время в принадлежащей мне и моей матери Скуркис Т.Г. на праве частной собственности квартире всех пришедших незаконно. Я потребовал немедленно покинуть квартиру.

На заданный вопрос о фальсификации бумаги, названной «Постановление» за подписью судьи Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга Сопиловой И.В., Абдуллев Ф.М. заявил – «Это не «мы». Это судья – … (грубая нецензурная брань)» – в адрес судьи Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга Сопиловой И.В.

Мое требование немедленно покинуть принадлежащее мне жилище Абдуллаевым Ф.М., который явился ответственным за проводимое мероприятие, было грубо проигнорировано и пришедшие незаконно проникли в мое жилище и начали проводить определенные действия в моей квартире, которые ими были названы «обыском по уголовному делу».

Я еще раз четко и ясно потребовал пришедших немедленно прекратить эти мероприятия, назвать свои данные и покинуть квартиру.

Ряд из них только назвал себя устно, не предъявив при этом никаких документов.

Так, мне были названы данные –

1. Андриянов Алексей Витальевич, оперуполномоченный ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области;

2. Шайдулин Олег Валерьевич, «специалист широкого профиля»;

Документов, удостоверяющих личность и подтверждающих их полномочия, данные лица не предоставили, несмотря на мои неоднократные требования об этом.

Ряд иных лиц, находившихся рядом, испугались, отказались представиться, заявив, в частности, – «я тут ни при чем».

В окно своей квартиры, которая находится на 2 (втором) этаже моего многоквартирного дома и имеет хороший обзор, я увидел на набережной машины и ряд лиц, которые смотрели на окна моей квартиры. В том числе я увидел сотрудников ООО «Жилкомсервис № 1 Адмиралтейского района», данные которых мне известны.

Лицо, находившееся в тот момент в моей квартире и представившееся как «Андриянов Алексей Витальевич, оперуполномоченный ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области» заявил мне и моим родителям, чьи данные приведены выше, – «Не вздумайте бежать, нас на улице еще человек 20 (двадцать)». Обращаю внимание, что ни я, ни мои родители бежать никуда не собирались и не могли. В том числе потому, что мой отец преклонного возраста (87-ой год) и лишен возможности нормально передвигаться, так как недавно перенес несколько сложнейших операций на сердце и сосудах, а, кроме того, имеет неустранимое заболевание коленного сустава правой ноги и еле может передвигаться вообще, используя при этом специальные устройства – костыли и ходунки для тяжело больных инвалидов даже при передвижении по квартире.

Я попросил пришедших понятых, которые представились и вели себя корректно, фиксировать и запоминать происходящее.

Абдуллаев Ф.М. и находившиеся рядом с ним, по всей видимости, сотрудники правоохранительных органов помимо воли находившихся в квартире собственников жилья – меня и моей матери, с угрозой применения насилия начали действия, которые можно расценить как тяжкое уголовное преступление, предусмотренное статьей 162 Уголовного кодекса Российской Федерации – «Разбой».

Так, они стали последовательно по комнатам принадлежащей мне и моей матери квартире проводить действия, напоминающие обыск, не имея на то никаких законных оснований.

Последовательно, упомянутыми лицами были пройдены жилые и нежилые помещения моей квартиры – 3 (три) жилые комнаты, кладовая, ванная комната, туалет, кухня.

При этом по непосредственному указанию Абдуллаева Ф.М. лично Андриянов Алексей Витальевич, представившийся как «оперуполномоченный ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области» и иные упомянутые лица помимо понятых, вынимали из мебели и указывали на предметы и документы, лежащие в открытом доступе, предметы и документы, которые, по их мнению, были им и руководителям указанного мероприятия нужны и складывали их на диван-кровать в углу большой комнаты.

При этом упомянутые должностные лица вели себя дерзко и вызывающе. Проявляли цинизм, явное неуважение к обществу и государству. Спрашивали друг у друга, переворачивая найденные в квартире документы – «Это что? Материалы по борьбе с коррупцией? Ха-Ха-Ха», проявляя явное неуважение и цинизм по отношению к политике государства в этой области. Эти же должностные лица оскорбительно высказывались по отношению к действующему Президенту Российской Федерации Путину В.В., заявляя, в частности, следующее – «Можете на нас жаловаться кому угодно, хоть Путину. Нам плевать. Ха-Ха-Ха!».

Я громко, четко и ясно потребовал от указанных лиц прекратить эти противоправные действия.

Абдуллаев Ф.М. сел в большой комнате принадлежащей мне и моей матери на праве частной собственности квартиры на диван и стал заполнять какие-то бумаги.

Препятствовать или иным образом (вызов тех же сотрудников полиции) воспротивиться, очевидно, преступным действиям и бездействию находившихся в принадлежащей мне и моей матери квартире лиц по вышеуказанному адресу я не мог, исходя из обстоятельств, указанных выше. В первую очередь у меня был открыто похищен под угрозой применения насилия мобильный телефон HTC. Подойти к стационарному телефону мне запретили.

Последовательно упомянутыми должностными лицами были проведены, очевидно, незаконные действия в принадлежащей мне и моей матери на праве частной собственности квартире, в результате чего возможно совершен ряд преступлений и нанесен моральный и значительный материальный вред мне и членам моей семьи.

В результате возможно совершенного разбойного нападения были похищены следующие предметы и документы.

1. Системный блок компьютера, принадлежащий моему отцу;
2. Мобильный телефон HTC;
3. Флэш-носители в количестве 5 (пяти) штук;
4. Зарядное устройство «Liteon»;
5. Роутер для подсоединения к сети «Интернет»
6. Роутер для подсоединения к сети «Wi-fi»;
7. Папка-регистратор с документами, принадлежащими моему отцу;
8. Иные предметы и документы;

Во время проводимых упомянутыми лицами действий я сообщил громко и четко, что в настоящее время совершается разбой, приведя указанные выше обстоятельства, доказывающие этот факт.

Сотрудники несколько растерялись и, в частности, Андриянов А.В. сказал вслух – «Лично у меня – максимум превышение должностных полномочий», то есть он сам признал, что совершает еще одно преступление, предусмотренное ст. 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. По окончании мероприятия, которое продолжалось более 3 (трех) часов и доставило значительные неудобства, а также моральные и нравственные страдания мне и моей семье, упомянутые должностные лица открыто с угрозой применения насилия похитили указанные выше предметы и документы и стали выносить их из принадлежащей мне и моей матери квартиры, погружая их в частные автомобили без специальных опознавательных знаков полиции, в том числе, с номерными знаками других регионов России (не Санкт-Петербург и Ленинградская область).

Мне были вручены нечитаемые копии бумаг, на которой можно с трудом различить некоторые записи, в том числе список похищенного, данные людей, которые по неустановленным обстоятельствам названы «понятыми», иные сведения.

На бумагах были сделаны записи, в частности, мною – «Данное мероприятие незаконно в связи с отсутствием сведений о возбуждении уголовного дела. В предъявленном мне и присутствующим при мероприятии лицам постановлении судьи Сопиловой И.В. от 22.01.2016 г. нет никаких сведений о номере уголовного дела, которое якобы возбуждено. Таким образом, все действия считаю незаконными». «Копия не читаема. Требую выдать надлежаще оформленную копию протокола». Подпись. А.В. Скуркис.

Мой отец Скуркис Виктор Иосифович далее написал – «Полностью подтверждаю замечания на протокол Скуркиса А.В.» «Копия не читаемая. Прошу выдать нормальный экземпляр». Подпись.

Более того, на выданных мне по окончании мероприятия, названного «обыском по уголовному делу», бумагах везде отсутствуют подписи всех участвующих лиц. Где-то не хватает трех подписей, где-то двух, на одном листе нет вообще подписей участвующих лиц. Эти бумаги у меня имеются.

Я спросил у представившегося «главным» за проведение упомянутого мероприятия Абдуллаева Ф.М., когда они покинут мою квартиру, и я закрою за ними дверь!

В ответ Абдуллаев Ф.М. заявил мне в присутствии моих родителей и иных лиц, что я задержан по уголовному делу.

Обращаю особое внимание, что документальных сведений о возбуждении какого-либо уголовного дела не было.

Так же, как и иных данных, которые могли бы явиться основанием для моего задержания в рамках действующего уголовно-процессуального законодательства.

Обращаю внимание, что должностные лица правоохранительных органов в принадлежащей мне и моей матери на праве частной собственности квартире были с боевым оружием. Я был вынужден под угрозой применения насилия выйти в сопровождении этих лиц на улицу, где мне было указано на автомобиль марки ШЕВРОЛЕ темного цвета без опознавательных знаков полиции с номерами другого региона (не Санкт-Петербург или Ленинградская область). Я по требованию Абдуллаева Ф.М. под угрозой применения насилия сел в данный автомобиль на заднее сиденье и задал вопрос – «Чей это автомобиль?». Абдуллаев Ф.М. сказал, что это его личный автомобиль. В салоне на переднем сиденье сидел еще один мужчина в штатском. Таким образом, данные лица незаконно лишили меня свободы, заявив мне, что я якобы задержан по возбужденному уголовному делу, и покинуть упомянутый автомобиль не имею права.

Абдуллаев Ф.М. сел за руль и поехал по улицам нашего города в сторону центра. По пути Абдуллаев Ф.М. и второй человек, который представился мне оперуполномоченным Курбановым, стали вести разговор между собой и со мной. В частности, они стали упоминать майора полиции Дениса Евсюкова, убийцу, приговоренного судом к пожизненному тюремному заключению за убийства мирных невиновных ни в чем граждан. Я спросил у Абдуллаева Ф.М. и Курбанова – «Зачем Вы упоминаете Евсюкова? Вы что, хотите меня сейчас убить? Куда вы меня везете?» Упомянутые лица начали смеяться и спрашивать друг у друга – «А что сделал Евсюков? Ты не знаешь? – Нет, не знаю! – Ха-ха-ха!». Исходя из упомянутых обстоятельств, полагаю, что в действиях Абдуллаева Ф.М. и Курбанова могут содержаться признаки состава преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ – «Угроза убийством». Полагаю, что у упомянутых должностных лиц органов внутренних дел было намерение убить меня, учитывая наличие боевого оружия и упомянутые высказывания. Я имел реальные основания опасаться этой угрозы в связи с упоминанием данных Дениса Евсюкова, который убил несколько мирных граждан в должности сотрудника полиции в Москве, что является общеизвестным фактом.

P.S.

Особое внимание общественности следует обратить на этот факт! Совершение серии возможно преступных действий в отношении Скуркиса Александра Викторовича доверили фанатам полицейского-людоеда Евсюкова Дениса Викторовича, осужденного российским судом к пожизненному лишению свободы за убийства ни в чем не повинных мирных граждан России –

МВД

Евсюков Денис Викторович, полицейский-убийца. Осужден к пожизненному лишению свободы.

полиция

Евсюков Денис Викторович, полицейский-убийца. Осужден к пожизненному лишению свободы.

По дороге Абдуллаев Ф.М. несколько раз останавливал автомобиль и куда-то звонил по мобильному телефону, консультируясь с кем-то, что ему делать.

Я был привезен в Управление по организации дознания МОБ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по адресу: Санкт-Петербург, ул. Очаковская, д. 8 и против моей воли под угрозой применения насилия был препровожден Абдуллаевым Ф.М. и иными лицами, в том числе появившимся снова Андрияновым Алексеем Витальевичем, в здание Управления, в один из кабинетов. В кабинете находился мужчина в штатском, который представился начальником Управления, в основном молчал и включил телевизор.

Я попросил вернуть ситуацию в рамки правового поля, объяснить происходящее. Тогда начальник потребовал от оперуполномоченных выйти из кабинета и оставил меня с дознавателем Абдуллаевым Ф.М..

Я увидел, как дознаватель Абдуллаев Ф.М. стал заполнять рапорт о моем задержании, после чего куда-то ушел. Вернувшись, он сказал, что я сейчас буду допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу о клевете, вручил мне уведомление о подозрении и показал постановление о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленного лица. Изучив текст постановления, я заявил, что в нем отсутствуют какие-либо сведения об установлении состава преступления, предусмотренного ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации – «Клевета», по которому и возбуждено уголовное дело, номер которого я только в этот момент и узнал – уголовное дело № ——-, возбуждено 21 декабря 2015 года в отношении неустановленного лица по ч. 2 ст. 128.1 УК РФ.

Текст постановления о возбуждении уголовного дела содержит явные нарушения, свидетельствующие о том, что никакого состава преступления не установлено и само постановление является незаконным. Так, не указаны сведения о рапорте об обнаружении признаков преступления, который и послужил поводом для возбуждения уголовного дела, не указано место и время якобы совершенного преступления, не указано, кем является Кубракова Т.Ю., которая якобы и обнаружила информацию, которая якобы содержит признаки преступления.

В тексте постановления имеются явные неустранимые противоречия.

Так, имеется следующий текст – слово «возможной» со ссылкой на распространенную неустановленным лицом информацию и сразу же далее – «содержит вышеуказанные высказывания в форме утверждения».

Более того, из текста постановления о возбуждении уголовного дела неясно как установлен состав преступления, в чем именно заключается клевета, то есть якобы заведомо ложные сведения, якобы порочащие честь, достоинство и подрывающие деловую репутацию Кубраковой Т.Ю. В тексте постановления нет данных, свидетельствующих об установлении состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в чьих-либо действиях.

Также мне было предъявлено уведомление о подозрении в совершении преступления, из которого я установил, что по неизвестным обстоятельствам неустановленное лицо, о котором идет речь в постановлении и в упомянутом уведомлении в начале его текста, в его финале превратилось в Скуркиса А.В.. На мой вопрос – «Что это такое и почему неустановленное лицо превращается в человека с моими данными?», Абдуллаев Ф.М. заявил – «мы так решили». На вопрос – «Кто такие – «мы», почему и каким образом эти «мы» так решили?» Абдуллаев Ф.М. не ответил.

Затем прошло некоторое время, пока подъехал дежурный адвокат Пчалина Елена Викторовна из адвокатской консультации № 6 Санкт-Петербургской городской коллегии адвокатов, положенный мне в порядке ст. 51 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Я провел с адвокатом конфиденциальную встречу до начала допроса, кратко сообщил обстоятельства дела и сказал, что воспользуюсь ст. 51 Конституции Российской Федерации и откажусь от дачи показаний.

адвокатура

визитка адвоката-оборотня Пчалиной Елены Викторовны

Адвокатура

адвокат-оборотень Пчалина Елена Викторовна

Вернувшись в кабинет Абдуллаева Ф.М., я сообщил о своей позиции и попросил ознакомить адвоката с предъявленными мне документами, уведомлением о подозрении в совершении преступления и постановлением о возбуждении уголовного дела. Эти документы были предъявлены адвокату для ознакомления.

Кроме того, Абдуллаев Ф.М. предъявил мне и адвокату постановление о назначении в отношении меня психиатрической экспертизы по уголовному делу, что также является незаконным действием, исходя из вышеупомянутых обстоятельств незаконности возбуждения самого уголовного дела.

Затем, несмотря на мой отказ от дачи показаний, Абдуллаевым Ф.М. был задан мне перечень вопросов в количестве 39 (тридцати девяти) на заготовленном заранее протоколе допроса подозреваемого по уголовному делу с моими данными, содержание которых меня удивило и возмутило одновременно. Практически все эти вопросы были наводящими, задавать которые запрещено в соответствии с частью 2 статьи 189 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которая, в частности, гласит – «Задавать наводящие вопросы запрещается». Ряд вопросов имел непристойное содержание и касался частной жизни как моей, так и иных лиц, затрагивал тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Под каждым вопросом в тексте бумаги, названной как «протокол допроса подозреваемого» я поставил запись об отказе от дачи показаний в порядке ст. 51 Конституции Российской Федерации. Все вопросы я переписал от руки и оставил эти записи у себя. В тексте бумаги с задаваемыми мне вопросами расписался и адвокат.

Заявив о незаконности всех упомянутых мероприятий в отношении меня и принадлежащего мне и моей семье имущества и возможном совершении серии преступлений в этой связи, я покинул Управление.

Таким образом, полагаю, что в приведенном случае упомянутыми должностными и иными лицами правоохранительных органов и суда в отношении меня и принадлежащего мне имущества совершены следующие преступления:

1. Разбой – статья 162 Уголовного кодекса Российской Федерации;
2. Угроза убийством – статья 119 Уголовного кодекса Российской Федерации;
3. Нарушение неприкосновенности частной жизни – статья 137 Уголовного кодекса Российской Федерации;
4. Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных переговоров – статья 138 Уголовного кодекса Российской Федерации;
5. Нарушение неприкосновенности жилища, совершенное с угрозой применения насилия лицом с использованием своего служебного положения – статья 139, ч. 2 и ч. 3 Уголовного кодекса Российской Федерации;
6. Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта – статья 305 Уголовного кодекса Российской Федерации;
7. Превышение должностных полномочий – статья 286 Уголовного кодекса Российской Федерации;
8. Заведомо ложный донос – статья 306 Уголовного кодекса Российской Федерации;
9. Незаконное лишение свободы – ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации;

На основании изложенного, руководствуясь ст. 140, 144, 145, 146 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,

ПРОШУ:

1. Организовать процессуальную проверку в порядке ст. ст. 144-145 УПК РФ по настоящему заявлению;

2. Возбудить по результатам проверки уголовные дела по указанным в заявлении статьям Уголовного кодекса Российской Федерации в случае установления в ходе проверки данных составов преступлений;

С уважением,
А.В. Скуркис

01.02.2016 г.

По состоянию на 18 июля 2016 г. заявление о преступлении не рассмотрено. Процессуальное решение в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ не принято по неустановленным обстоятельствам.

Заявление принимал вот этот человек –

ГСУ СК России по Санкт-Петербургу

Белокосков Сергей Сергеевич, инспектор отдела по приему граждан ГСУ СК России по Санкт-Петербургу

Представляется как инспектор отдела по приему граждан ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу Белокосков Сергей Сергеевич.

Умышленно не регистрирует заявления о преступлениях в сфере ЖКХ и противодействия коррупции в Санкт-Петербурге. Не выдает положенный по Закону (УПК РФ) талон-уведомление о регистрации заявлений о преступлении по КУСП (книге учета сообщений о преступлениях). После того, как материалы попадают к нему руки, они всегда бесследно исчезают.

Следует особо отметить, что в Санкт-Петербурге, по всей видимости, “работает” еще один руководитель ГСУ СК РФ по городу, так называемый “Псевдоклаус” или “Антиклаус”

О его губительной деятельности для города на Неве в следующем материале –

В Санкт-Петербурге два руководителя ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу Клауса А.В.?

ГСУ СК России по Санкт-Петербургу

Антиклаус